Александр Калягин: "Я человек старорежимный" (II часть)

Продолжение интервью народного артиста России Александра Калягина с руководителем проекта "Первые лица" Андреем Ванденко

О театральном "многоженстве" и правильном отношении к авторским идеям
— Задам пару конкретных вопросов. Что думаете о ставшей в последние годы модной практике назначать одного худрука на несколько театральных трупп?

— Каждый театр должен опираться на собственные традиции, иметь индивидуальный почерк и свое лицо. Неповторимое! Тон всегда задает главный режиссер или, как сейчас говорят, художественный руководитель.

Вспомни, раньше даже говорили: идем к Галине Волчек… Марку Захарову… Валентину Плучеку… Юрию Любимову… Все понимали: речь о "Современнике", "Ленкоме", "Сатире" или Таганке. В Питере зрители ходили в театры Георгия Товстоногова, Льва Додина, Игоря Владимирова.

Они, эти мэтры, создавали уникальный стиль, который нельзя было спутать. По сути, речь шла о настоящих авторских проектах.

При этом публика ломилась в Театр Вахтангова на "Иркутскую историю" Арбузова, где блистали Михаил Ульянов и Юлия Борисова, а на следующий вечер могла штурмом брать Театр Маяковского с той "Иркутской историей", в которой бесподобно солировали Александр Лазарев и Светлана Мизери.

Чеховскую "Чайку" одновременно играли в трех-четырех столичных театрах, и ни одна постановка не повторяла другую. Так и надо!

Не хочется бросаться громкими словами, но театр — это дом, семья.

— А многоженство в России запрещено, ведь так?

— Не столь буквально, но… так. Один худрук на несколько театров — это неправильно. Артисты — существа тонкие, ранимые, могут не понять и не принять такого отношения, когда их делят с кем-то еще.

— Давайте еще конкретнее. Вот Сергей Безруков. У него был Губернский театр, курс во ВГИКе, а теперь добавился еще и МХАТ имени Горького. Как управиться с подобным?

— Непременно хочешь поссорить меня с коллегами?

Это ведь не первый и не единичный случай такого совместительства. Не с Безрукова все началось. Сергей Витальевич прошел хорошую школу у Олега Табакова, много лет руководил труппой, набрался опыта, надеюсь, у него на все хватит сил. Дай ему Бог здоровья. Искренне этого желаю.

Другой вопрос, почему с труппами не советуются перед принятием подобных "объединяющих" решений? Это ведь не Мальвины и Пьеро под кнутом Карабаса-Барабаса. Скажу на бюрократическом языке: оптимизация сети театров без учета мнения профессионального сообщества прямо противоречит задачам государственной культурной политики. Не сохраняет, а именно разрушает сложившуюся сеть.

И к слову, отчего такие эксперименты проводятся лишь с театрами? Можно ведь дальше пойти: назначить, допустим, одного успешного главврача на две-три больницы или ректора на пару-тройку вузов…

— К музыкальным театрам сказанное относится? Валерий Гергиев вот руководит Мариинкой и Большим.

— Валерий Абисалович, безусловно, очень талантливый человек. И как дирижер, и как менеджер. Но когда речь заходит о дирекции императорских театров, существовавшей в девятнадцатом веке, надо понимать: эта структура занималась в те времена не творческими, а только организационными и хозяйственными вопросами. Распределить деньги, содержать труппы, оркестры, хор, балет, подготовить гастроли... За творческую сторону каждый из театров отвечал сам.

Как долго Гергиев сможет все совмещать, разрываясь между Питером и Москвой, знает лишь он. Остается маэстро тоже пожелать сил…

Впрочем, мне сподручнее говорить о драматическом театре, а не о музыкальном.

— Кого из режиссеров считаете своими учителями?

— Мне довелось работать с Анатолием Эфросом, Олегом Ефремовым, Робертом Стуруа, Камой Гинкасом, Петром Фоменко… И это счастье.

Если говорить о кино, обязан назвать Михаила Швейцера и Никиту Михалкова.

— Сейчас есть сопоставимые величины?

— Может быть. Не знаю...

Тут еще другая тема возникает. Вот почему, ответь, музыканты не считают возможным изменить ноту в симфониях Бетховена или в фортепианных концертах Рахманинова? Ради, так сказать, авторского прочтения.

А с Чеховым можно. С Островским. С Шекспиром. Да с любым классиком!

— Люди самоутверждаются.

— На тех, кто ответить не может! Попробовали бы обойтись так с современниками.

Вспоминаю, киргизский драматург Мар Байджиев красиво отшил режиссера популярного столичного театра, решившего добавить в пьесу персонажа, которого не было у автора. Байджиев предложил москвичу написать все самому. От начала до конца.

Нет, поиск, новые решения — это прекрасно, но хорошо бы сперва подтянуть матчасть, а потом крушить и свергать. Поэтому, если попросишь дать оценку состоянию театрального дела в целом, скажу, что обстановка своеобразная. Много экспериментов и реформаторов, но любая импровизация должна быть хорошо подготовлена. Убежден. В этом я старорежимный, в чем не стесняюсь признаться. Робик Стуруа говорит: мало расставить артистов на сцене так, чтобы те не перекрывали друг друга. Надо думать о смыслах, а не только смешивать ингредиенты, готовя блюда для зрителей.

Очень жду молодых и талантливых режиссеров. Сейчас вот играем премьеру "Пять ложек эликсира" по Стругацким. Ее поставил Павел Пронин, выпускник РАТИ, ученик мастерской Леонида Хейфеца. Спектакль только набирает ход, посмотрим, что получится...

— Думаю, видели заявление худрука Театра Ермоловой Олега Меньшикова, жестко приложившего постановку "Гамлета" в МХТ с Юрой Борисовым. В ответ молодые актеры стали бросать камни уже в Олега Евгеньевича…

— Ну и зря. Меньшиков адресует коллегам вопрос: согласны вы быть лишь пластилином в руках режиссера "иль надо оказать сопротивленье?". Как говорил Гамлет, кстати.


Артист должен чувствовать ответственность за то, "как слово наше отзовется", или он "мебель на сцене"?

О театре Et Cetera и роли культуры в развитии любого общества

–– Et Cetera был создан вами с нуля. Название по-русски звучит "И так далее". В следующем году коллективу исполнится 35 лет. И что — далее? Построили рукотворный памятник Сан Санычу Калягину?

–– Ты прекрасно понимаешь, у меня достаточно и самоиронии, и трезвого взгляда на себя… Роли в театре и кино — этим надеюсь запомниться зрителю. А как худрук хочу, чтобы Et Cetera и дальше жил, развивался, унаследовав традиции великих — Станиславского, Мейерхольда, Таирова, Эфроса, Фоменко, Туминаса...

Мы много лет работали с Давидом Смелянским и Робертом Стуруа. Робик и сейчас остается главрежем Et Cetera. Считаю, основа заложена крепкая. И это не связано только с моим именем. Ни в коем случае!

–– Вы упоминали важный для вас спектакль "Обовсем". Приоткройте завесу.

–– Если только чуть. Не буду раскрывать подробности, поскольку сам не знаю, что в итоге получится. Семен Альтов написал в буквальном смысле обо всем. Там будет и комедия, и драма, и музыка. Надеюсь, и мудрость. Многое зависит от режиссуры и исполнения актерами, понимания ими задуманного.

–– Планируете играть?

–– Может, да. А может, нет. Посмотрю, в какой буду форме.

Во всяком случае, текст замечательный. Дам прочитать — умрешь от счастья.

–– У вас в театре есть какие-то свои особенные традиции, ритуалы?

–– Второго февраля празднуем день рождения Et Cetera. Для всей труппы это повод немного расслабиться, повеселиться. Мы вообще любим собираться вместе, отмечать юбилейные спектакли, сыгранные, допустим, сто раз. Или сто пятьдесят.

Но это не только у нас, так во всех театрах. Во МХАТе, когда работал там, всегда отмечали "Синюю птицу", которая родилась еще при Станиславском. Новичок входил в труппу и понимал: люди играют спектакль уже полвека, вчерашние мальчики и девочки давно стали бабушками и дедушками, а зал по-прежнему полон. Как не проникнуться уважением к традициям?

–– Вы играли?

–– В "Синей птице"? Нет, в Художественном театре была своя команда, из поколения в поколение вводили мхатовцев. И это правильно. Спектакль очень хороший. С кем ни поговори, все вспоминают, что знакомство с МХАТом начиналось именно через "Синюю птицу".

–– А в Et Cetera похожий рекордсмен имеется?

–– "Тайну тетушки Мэлкин" играем двадцать седьмой сезон. С 1999 года.

Я дольше всего, наверное, был занят в "Шейлоке". Премьера состоялась в 2000-м, спектакль шел почти двадцать лет. Под сто пятьдесят раз показали зрителю.
Но всему когда-то приходит конец. Ничего не поделаешь: диалектика!

Пишу сейчас книгу о мастерстве, о своей жизни. Не знаю, какой она будет в итоге, но попробую отойти от традиционных мемуаров — папа, мама, жена, дети... Все, кому интересно, и так знают, что я много лет счастливо живу с Женюрой Глушенко, что у меня дочка Ксануля, сын Денис, внуки Анюта и Матюша… Нет, хочу в конце книги сделать QR-код, чтобы каждый читатель мог поднести гаджет и, например, послушать, как я читал Гоголя, Рабле, Платонова и Пушкина для "Золотого фонда радио". Людям, наверное, будет интересен мой живой голос. Одно время я ведь вел авторскую программу "Отзвуки театра" на "Радио России"…

Вот ты спросил про злобу дня, а я постоянно думаю о том, что для нашего общества должно стать по-настоящему главным.

Наверняка необходима крепкая оборона, разные БПЛА, ракеты, гиперзвук и все такое прочее, в чем плохо разбираюсь. И без качественной медицины, здравоохранения тоже никак нельзя.

Но хочу сказать про образование и культуру, которые мне ближе и понятнее. Без них у нас мало что получится. Убежден, это основа, фундамент, на которых и строится нация. Мы много раз шарахались из стороны в сторону. То отказывались от советской школьной системы, сокращали профтехучилища, массово клепали юристов и программистов. Потом выяснилось, что за станками некому работать.

Нужен здоровый консерватизм, не везде и не во всем следует гнаться за модой...

Посмотри на китайцев. Они не пытаются понравиться Америке или Западу в целом. Выбрали свой путь и идут по нему. Вот так и нам надо. Ясно же, что без нормального образования ничего не выйдет. Я ведь рос в среде педагогов, профессоров. Мой папа был деканом исторического факультета пединститута, мама в нем же заведовала кафедрой французского языка. Знаю, о чем говорю…

И без культуры нельзя. Это не только про Год театра или День кино, это весь комплекс, без которого не вырастить по-настоящему интеллигентного человека и патриота. На мой взгляд, одно напрямую связано с другим.

Специально поинтересовался критериями оценки эффективности деятельности высших должностных лиц субъектов Российской Федерации и исполнительных органов. Перечень утвержден указом президента в ноябре 2024 года. Когда губернатора назначают, что он должен соблюдать? Я прочитал, список очень длинный — от численности населения, количества семей, улучшивших жилищные условия, уровней бедности и образования, суммарного коэффициента рождаемости до качества автомобильных дорог, цифровой зрелости и темпов роста доходов.

Повторяю, пунктов много, все есть, даже удовлетворенность граждан условиями для занятий физической культурой и спортом. Одного нет –– куль-ту-ры! Обычной, не физической.

Сколько театров должно быть в области или крае, музеев, библиотек? Не только километры на душу населения надо считать, но и постоянно думать, где люди будут отдыхать, как смогут духовно развиваться.

Ты вот в курсе, что в восьмидесяти процентах населенных пунктов России, имеющих статус города (а таковых у нас более тысячи ста), вообще нет ни одного театра? Раньше это замещалось гастролями. А сейчас?

–– Вы сами упоминали Год театра. Он был не так давно, в 2019-м. Вам мало?

–– Кажется, ты меня не слышишь!

Да, решение о проведении Года театра оказалось важным и полезным, за что искренне признателен президенту Путину. Мне кажется, СТД удалось сделать многое: мастер-классы, национальные театральные фестивали и премии, конкурсы, форумы, олимпиады… И рамками года мы не ограничились. Сейчас отмечается стопятидесятилетие нашего союза, подготовка к событию началась еще тогда, в 2019-м, а программа развития заложена на перспективу до 2036-го. Главное, чтобы намеченное было выполнено.

Моя жизнь в СТД закончилась. Страница перевернута. Точка. Но я вот о чем подумал: она, эта страница, перевернута или же вычеркнута, безжалостно вырвана?

— Вопрос.

— Не мне на него отвечать. Знаю одно: традиции надо уважать и сохранять. Нельзя каждый раз начинать писать историю с чистого листа. Из этого ничего хорошего точно не получится.

–– Вы медик по первому образованию, Сан Саныч. Это как-то в жизни помогает?

–– Очень! Не сравниваю себя с великими, боже упаси. Но ты и сам знаешь, сколько врачей среди тех, кто потом занялся искусством. Чехов, Вересаев, Булгаков… Вплоть до Шиллера, Рабле, Моэма и Конан Дойля.

Видимо, перед тем как начать сочинять, полезно хотя бы ненадолго окунуться в медицину. Она позволяет понять, что такое жизнь и что есть смерть. Это важно усвоить в молодости, тогда и на окружающий мир будешь смотреть по-другому.

–– А диагноз поставить сможете?

–– Легко! Правда, за результат не отвечаю.

–– Честно сказать, я спрашивал про общество, а не про конкретного больного.

–– Тем более! Рассуждать просто, когда ни за что не отвечаешь…

 Источник: https://tass.ru/top-officials/27487461